новости образование
основные сведения библиотека
обратная связь финансово-хозяйственная деятельность

регистрацияавторизация

Салтыков-Щедрин на Тверской земле

Тверской областной институт

усовершенствования учителей

Научно-методический центр 

Имена в истории края

К 180-летию со дня рождения    классика русской литературы Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина                                            

 
Н.М. Лебедев 

М.Е. САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН

НА ТВЕРСКОЙ ЗЕМЛЕ

Рецензенты:

Е.М. Муравьев,              начальник Департамента образования Тверской области, доктор педагогических наук, доктор психологических наук, профессор, заслуженный учитель РФ.

 

Т.Н. Соловьёва,             главный методист учебно-методического  центра ТОИУУ, почётный работник общего образования РФ. 

 

Лебедев Н.М.

М.Е. Салтыков-Щедрин на Тверской земле: Учебно-методическое пособие. – Тверь: ТОИУУ, 2006г. - 52с.

 

Книга написана в связи с юбилеем М.Е. Салтыкова-Щедрина (1826-1889). В 2006 году исполняется 180-лет со дня рождения великого русского писателя-сатирика, имя которого тесно связано с Тверским краем. Содержит биографический очерк, материалы о его службе в должности вице-губернатора Твери с июня 1860 по февраль 1862 года, участии в подготовке и проведении крестьянской реформы, защите интересов народа, в том числе городских низов, вкладе в культурную жизнь Верхневолжья; библиографию о жизни и творчестве писателя.

 Книга адресована широкому кругу читателей. Особый интерес она представляет для учителей русского языка и литературы, в особенности тех, кто работает в классах гуманитарного профиля. На основе предлагаемых текстов рекомендуется формировать у школьников навыки выразительного чтения, связной речи, проводить культуроведческий анализ и различные виды языкового разбора. Представлены сведения из области филологии, памятки по работе с текстом, обобщающие таблицы по основным разделам школьного курса, лингвистические тренажёры.  

Печатается по решению РИС ТОИУУ

© Н.М. Лебедев, 2006.

© ТОИУУ, 2006

ОБ ЭТОЙ КНИГЕ

 Творчество великого писателя-сатирика М.Е. Салтыкова-Щедрина, нашего земляка, занимает почётное место в русской литературе Х1Х века. Свое предназначение он, как истинный сын Отечества, видел в том, чтобы будить общественное сознание, напоминать читателям время от времени такие понятия, как «совесть, долг, честь, отечество».

 Вся его многолетняя государственная, литературная и редакторская деятельность была связана с утверждением идеалов гуманизма и социального прогресса. Историки русской литературы справедливо считают, что, если до Салтыкова-Щедрина у нас в России существовала сатира бытовая (Д.И. Фонвизин), сатира социально-нравственная (Н.В. Гоголь), то в его произведениях сатира стала могучим оружием политической борьбы. Сорок лет - с середины 40-х до конца 80-х годов в стране звучал страстный голос писателя, бичевавшего царских помпадуров, помещиков-крепостников, пошехонцев, иудушек головлевых, неустанно клеймивший «аблакатов балалайкиных», их размазисто-стыдливо-пустопорожнее красноречие. По словам А.П.Чехова, «как никто другой, Салтыков владел нелёгким даром – г о в о р и т ь читателям п р а в д у. Уйти, скрыться от щедринской правды не мог никто».

 Идейные и художественные особенности щедринской сатиры с наибольшей силой и остротой проявились в жанре политической сказки «для детей изрядного возраста». Во многих сказках он сочувственно изображает тяжёлую жизнь трудового народа. Его Коняга (герой одноименной сказки) стал символом крестьянской России. Коняга да мужик с вечной сохой, благодаря труду которых растёт хлеб на необъятных полях, являются, по Салтыкову, истинными кормильцами страны. Со школьных лет каждому россиянину памятен щедринский мужик, прокормивший двух генералов.

Простой мужик на все руки мастер: и пищу достаёт, и суп в пригоршне варит, и одежду шьёт, шутя переплывает «океан-море». Однако нельзя не отметить негативного отношения автора к мужику в эпизоде, когда тот по приказу генералов вьёт для себя верёвку, которой они его затем связывают.

 Жизнь и творчество Салтыкова-Щедрина тесно связаны с Верхневолжьем. В селе Спас-Угол Калязинского уезда прошло его «деревенское» детство, здесь на посту вице-губернатора он проводил крестьянскую реформу, боролся с беззаконием и произволом помещиков-крепостников, защищал интересы крестьян, рабочих, городского мещанства. В губернской Твери среди либеральных дворян у него было немало друзей и единомышленников, и среди них петрашевцы А.М. Унковский, А.И. Европеус, братья Бакунины, декабрист М.И. Муравьёв-Апостол, поэт Ф.Н. Глинка. «Тверской период» в жизни Салтыкова - человека энергичного, исключительно работоспособного и наблюдательного, был богат яркими впечатлениями, которые впоследствии нашли отражение в его литературном творчестве. Это можно сказать о многих его крупных произведениях - «Господах Головлёвых», «Помпадурах и помпадуршах», «Пошехонской старине», «Истории одного города» и, конечно, «Сказках».

 В конце ХХ века и в наши дни на Тверской земле многое сделано и делается для увековечения памяти великого писателя. Открыт мемориальный музей на Рыбацкой улице, воздвигнут памятник работы известного скульптора О.К. Комова на Тверской площади, его славное имя носит одна из улиц в центре губернского города. Сотрудники газеты «Тверские ведомости», его преемники в области журналистики, гордятся тем, что в 60-е годы Х1Х века именно их газету редактировал Салтыков-Щедрин. И сегодня «Тверские ведомости» являются одним из самых содержательных и авторитетных изданий в нашем крае. В юбилейные для писателя годы в Твери и во многих тверских «градах и весях» в школах, гимназиях, лицеях проходят литературные вечера, а в Тверском государственном университете проводятся международные научные конференции, готовятся радиопередачи, печатаются статьи и сборники.

 15 января 2006 года в России отмечается 180-летие со дня рождения знаменитого писателя, нашего земляка. Этой знаменательной дате посвящёна и предлагаемая читателю книга «М.Е. Салтыков-Щедрин на Тверской земле», написанная известным учёным-русистом Н.М. Лебедевым.

 В биографическом очерке повествуется о трудной, подвижнической жизни Салтыкова-Щедрина - одного из самых замечательных русских писателей Х1Х  века – золотого века русской литературы. Перед взором читателя проходят этапы жизненного пути нашего знаменитого земляка, наполненные различными событиями, встречами, подвижническим трудом на государственной службе и на литературном поприще. Перед нами богатый духовный мир писателя-сатирика с его неустанными исканиями правды, раздумьями и тревогами о судьбах горячо любимой им России и её народа, мыслями о русском языке и литературном труде. Особый интерес для нас, тверитян, представляют те страницы книги, где идёт речь о пребывании автора «Истории одного города» на родной Тверской земле. Она создана на большом фактическом материале, отличается искренней любовью и уважением автора к личности писателя, гуманиста и патриота. Новая книга Н.М. Лебедева «М.Е. Салтыков-Щедрин на Тверской земле», несомненно, будет интересна и полезна широкому кругу читателей, особенно краеведам, учителям, студентам и школьникам.

Е.М. Муравьёв, доктор педагогических наук,

 доктор психологических наук,

 заслуженный учитель школы РФ.

М. Е. САЛТЫКОВ – ЩЕДРИН

(1826 - 1889)

(биографический очерк )

 

 Я люблю Россию до боли сердечной

 и даже не могу помыслить себя где-либо, кроме России.

 М.Е. Салтыков-Щедрин

 

 Тверская земля – родина классика русской литературы Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина. Здесь, в имении Спас-Угол Калязинского уезда, он родился, провёл детские и юношеские годы, сюда приезжал известным писателем. Детские годы будущего сатирика прошли в обстановке крепостного быта. На всю жизнь запомнились ему безропотность отца Евграфа Васильевича и властность, расчётливость, крутой нрав матери Ольги Михайловны. Одарённый от природы, он довольно рано, около четырёх лет, выучился от гувернанток, старших братьев и сестёр говорить и по-французски и по-немецки. А к шести годам крепостной живописец и сельский священник обучили его русской грамоте и чтению. В августе 1836 года Ольга Михайловна привезла десятилетнего сына в Москву, где он, успешно выдержав экзамены, поступил в Московский Дворянский институт. Это было привилегированное учебное заведение с прочными культурными и литературными традициями. До Салтыкова в нём учились В.А. Жуковский, А.С. Грибоедов, П.А. Вяземский, М.Ю. Лермонтов и другие известные поэты, литераторы, деятели русской культуры. Особый интерес вызывала у юного Салтыкова русская словесность, чтение произведений Ломоносова, Державина, Кантемира, Карамзина, Крылова. А через два года его как «отличнейшего по успехам» переводят в Царскосельский лицей. По традиции на каждом курсе лицея объявлялся очередной продолжатель поэзии Пушкина. В лицейские годы он пишет стихи и в своём классе становится преемником великого поэта. С 1844 года, по окончании Лицея, служит чиновником в канцелярии военного ведомства. По свидетельствам современников, в эти годы он посещал известные в Петербурге литературные салоны, общался с В.Г.Белинским и М.В.Петрашевским, пробовал свои силы на литературном поприще. Напряжённые духовные искания писателя запечатлены в его ранних повестях «Противоречия» (1847) и «Запутанное дело» (1848), которые были опубликованы в «Отечественных записках». Революционные идеи, звучавшие в этих произведениях, привели в негодование власти, напуганные февральской революцией 1848 года во Франции. Начинающего литератора «за вредный образ мыслей и пагубное стремление к распространению идей, потрясших уже Западную Европу», отправляют служить из Петербурга в Вятку. Ссылка, «вятский плен», длилась почти 8 лет (1848-1855). В Вятке он задыхался «от нелепых бумаг губернского правления», но вместе с тем здесь изучал и глубоко вникал в особенности жизни тогдашней провинциальной России. На его глазах процветало казнокрадство: чиновники стремились «как-нибудь поближе приютиться к казённому пирогу, чтоб нечто урвать, утащить, укроить, усчитать». После поражения России в Крымской войне и смерти Николая 1 (1855) в России наступили новые времена. Вступивший на престол Александр Второй «высочайше повелеть соизволил: дозволить Салтыкову проживать и служить, где пожелает». Михаил Евграфович возвращается в Петербург и в обстановке всеобщего ожидания отмены крепостного права публикует «Губернские очерки». Во введении автор писал: «Много есть путей служить общему делу; но смею думать, что обнаружение зла, лжи и порока также небесполезно, тем более что предполагает полное сочувствие к добру и истине».По существу, это была программа, которой Салтыков неукоснительно следовал в своём служении Отечеству.

В известной автобиографии (1887) Михаил Евграфович писал, что «возобновил литературную деятельность в 1856 году «Губернскими очерками» и вплоть до 1868 года (в течение 12 лет) писал и служил, служил и писал».

Служба требовала от писателя огромного физического и нравственного напряжения. В Рязани, будучи вице-губернатором, он находился на службе в период (1858-1860), когда в связи с подготовкой крестьянской реформы шла острейшая борьба «внутри помещиков…из-за меры и формы уступок». А служба на посту вице-губернатора Твери (1860-1862) пришлась на тяжелейшие годы непосредственного проведения крестьянской реформы в жизнь. В эти годы Салтыков, как гуманист и патриот, просто не мог не находиться там, где, как он считал, честное служение Отечеству может принести пользу тем, кто в ней так остро нуждался, крестьянам, освобождённым от крепостной зависимости. После Твери служил он в Пензе, Туле и Рязани.

 14 июня 1868 года Салтыков, которому было 42 года, в чине действительного статского советника вышел в отставку и с этого времени «исключительно отдался литературе, написал 22 названия книг».

 С выходом в свет «Губернских очерков» в русской литературе появилось имя Н.Щедрин. Именно с «Губернских очерков» начинается литературная известность писателя. Все дальнейшие свои произведения Салтыков печатал в журналах либо под псевдонимом Н.Щедрин, либо без подписи. Когда же работы писателя выходили отдельными изданиями, например: «Господа Голавлёвы»(1880),«Современная идиллия»(1883), Пошехонские рассказы»(1885), то на титульном листе значилось: «Сочинение М.Е. Салтыкова – Щедрина», примечательно, что на обложке нелегального издания «Сказки для детей изрядного возраста» (1884) читаем: «М.Е. Салтыков».

 С 1868 по 1884 год Салтыков все свои новые произведения печатает на страницах «Отечественных записок». Писатель создал своего рода сатирическую энциклопедию русской жизни. Вершиной его сатирического искусства современные литературоведы считают «Историю одного города».

За городом Глуповом читатель отчётливо различает контуры государства Российского со всеми его бедами, горестями и уродствами. Перед нами галерея градоначальников, первым предстаёт Дементий Брудастый (Брудастый, по этимологии, - обросший длинной косматой шерстью). Приехав в Глупов, он безмолвно обошёл ряды чиновников и, сверкнув глазами, произнёс: «Не потерплю!» - и скрылся в кабинете. Чиновники остолбенели; за ними остолбенели и обыватели. Правда, вскоре выяснилось, что на плечах у Брудастого не голова, а пустой ящик с механизмом, который обучен наигрывать мелодии «Не потерплю!» и «Разорю!» Свою лепту в историю Глупова внёс свирепый градоначальник Угрюм-Бурчеев. В какой-то дикой задумчивости бродил он по улицам… На пути встречались ему обыватели… и кланялись в пояс… Два одинаково великих подвига предстояли ему: разрушить город и устранить реку.

Запомнился глуповцам и градоначальник Перехват-Залихватский. Он въехал на белом коне, сжёг гимназию и упразднил науки.

 В 1884 году «Отечественные записки» были запрещены «за вредное направление и за связь редакции с революционным подпольем». Однако деятельная натура сатирика не примирилась с этой бедой. «Я – русский литератор (читаем в «Недоконченных беседах») и потому имею две рабские привычки: во-первых, писать иносказательно и, во-вторых, трепетать». В 80-е годы Х1Х века, после разгрома народовольцев, оппозиционному автору нужно было найти форму, удобную для обхода цензуры и в то же время понятную «читателю-другу». Сатира уходит своими корнями в глубокую древность. Это вид художественной литературы, ставящий своей задачей критику, обличение и высмеивание отрицательных явлений действительности. Салтыков идёт по стопам древнего Эзопа, опирается на богатые сатирические традиции русских классиков Фонвизина, Крылова, Гоголя, иносказательно, с помощью аллегорий искусно проводит сквозь цензуру невероятно «крамольные» мысли, которые облекает в форму литературной сказки. Сказочный цикл Салтыкова-Щедрина весьма значителен: в нём 32 сказки. В миниатюре этот цикл содержит в себе основные проблемы, волновавшие русское общество, и подводит итоги его сорокалетней работы на литературном поприще.

 Исследователи творчества М.Е. Салтыкова-Щедрина утверждают, что если бы сатирик, кроме сказок, ничего бы не написал, то и они дали бы ему право на бессмертие. Перед читателем вновь возникают знакомые образы щедринских помпадуров – правителей России (сказки «Орёл-меценат», «Бедный волк», «Медведь на воеводстве»), помещиков-крепостников («Дикий помещик», «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил»), продажных журналистов («Обманщик-газетчик и легковерный читатель»), трусливых обывателей («Премудрый пискарь», «Самоотверженный заяц»).

 Символом крестьянской России, замученной помещиками, является образ коняги – героя одноименной сказки. Коняга - великий труженик, благодаря ему растёт хлеб на необъятных полях России. Двум существам выпала на долю кормить пустоплясов-бездельников: мужику с сохой да Коняге.

 Почти во всех сказках образ народа-мужика обрисован с искренним сочувствием, дышит несокрушимой мощью и благородством. Мужик добр, честен, сметлив, мастер на все руки. «И зачал мужик перед генералами действовать. Полез сперва-наперво на дерево и нарвал генералам по десятку самых спелых яблоков, а себе взял одно, кислое. Потом покопался в земле – и добыл оттуда картофелю; потом взял два куска дерева, потёр их друг о дружку - и извлёк огонь. Потом из собственных волос сделал силок и поймал рябчика. Развёл костёр и напёк столько разной провизии, что генералам пришло даже на мысль: «Не дать ли и тунеядцу частичку?» Прошёл день, прошёл другой; мужичина до того изловчился, что стал даже в пригоршне суп варить».        Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин сыграл большую роль в развитии русского литературного языка, особенно языка публицистики. С помощью пародии он беспощадно высмеивал речь чиновников и пышную фразеологию либералов «Я знаю, - писал Салтыков-Щедрин,- что бойкие слова подкупают. Нельзя верить публицисту, который сегодня говорит за, а завтра против, не сознавая даже, что в том и другом случае речь идёт о предметах вполне однородных». Он гневно осуждал «людей, которые сами не сознают своей мысли, а говорят, что им на ум взбредёт или с чужого шёпота. Таких людей называют в народе пустыми мельницами, и на все их речи машут руками. Чтоб пустить в народ даже не совсем чуждую ему мысль, нужна крайняя осторожность; нужно прежде всего соблюсти чувство меры, а не потчевать по пословицам: чем богат, тем и рад, что есть в печи, то и на стол мечи. Таким образом, можно напотчеваться на свою голову, ибо на такое потчеванье народ может ответить пословицей: Еремея потчуют умея, за ворот да в три шеи».

 С присущей сатирику прямотой и резкостью обличал он коренное российское размазисто-стыдливо-пустопорожнее витийство.

Красноречие Марса. «Не рассуждать! Руки по швам!» При этом, гласит предание, нередко случалось и так, что Марс, вместо слов, ограничивался простым рычанием, что, без сомнения, представляет самую сжатую форму для изъяснения чувств и мыслей.

Красноречие сельское. Но об этом виде красноречия я много распространяться не стану: оно вполне резюмировано г.Тургеневым в звуке: «чюки-чюк! Чюки-чюк!»

Красноречие бюрократическое. «Да вы знаете ли, милостивый государь? Да известно ли вам, что я вас туда упеку, куда Макар телят не гонял!»

Красноречие торжественное, или, так сказать обеденное.

Очень рад господа, что имею случай… от слёз не могу говорить… Господа, за здоровье Крутогорской губернии!»

 Художественный мир гениального сатирика чрезвычайно богат и разнообразен. Он мастерски использовал богатейшие изобразительно-выразительные возможности русской речи. Исследователи речетворчества Салтыкова-Щедрина отмечают такие образные фразеологические новообразования как-то: пироги почестей, подёнщики современности (газетчики), каплуны мысли.

Именно эмоционально-экспрессивная лексика, которой изобилует речь Иудушки Головлёва, позволила писателю создать художественно яркий образ святоши, ханжи и лицемера:

- А знаете ли вы, маменька, отчего мы в дворянском званьи родились? А всё оттого, что милость Божья к нам была. Кабы не она, и мы бы сидели теперь в избушечке, да горела бы у нас не свечечка, а лучинушка, а уж насчёт чайку да кофейку – об этом и думать бы не смели! Сидели бы, я бы лаптишечки ковырял, вы бы щец там каких-нибудь пустеньких поужинать сбирали.

Известный лингвист Р.П. Рогожникова в статье «Редкие слова в «Истории одного города» отмечает что Салтыков, использовал реально существующие прозвища или названия жителей разных мест России; особенно его привлекали слова с эмоционально-экспрессивной окраской: рукосуи, лукоеды, моржееды, заугольники, кособрюхие, гущееды. Этимология одних названий довольно прозрачна, других - требует лингвистического комментария, привлечения трудов В.И.Даля. Заугольники – это холмогорцы, что прятались за углами домов, когда царь Пётр 1 приехал, чтобы начать постройку кораблей. Кособрюхими называли рязанцев, которые были плотниками и носили за поясом топоры, отчего одна часть пояса как бы опускалась вниз. Гущееды – это новгородцы, которые во время поста обычно ели гущу из ячменной крупы.

 Владея средствами реалистического письма, он умело включал в ткань своих произведений гиперболу, прибегал к гротеску, фантастике, эзоповскому языку.

Многие щедринские сатирические типы, возникшие на почве российской действительности: угрюм-бурчеевы, иудушки, разуваевы, балалайкины, премудрые пескари, караси-идеалисты, помпадуры, пенкосниматели, головотяпы, пустоплясы, пошехонцы - давно уже стали нарицательными.

Завидна литературная судьба писателей, чьи книги на протяжении многих десятилетий многократно переиздаются, вызывая живой интерес у читателей.     В Твери традиционно литературоведы и лингвисты, историки, краеведы, библиотечные и музейные работники проявляют большой интерес к жизни и творчеству великого земляка. Известно, что Салтыков-Щедрин принимал активное участие в деятельности тверской либеральной оппозиции, одной из самых значительных в России, его подпись стоит в коллективном письме 82 дворян, которые выступили с протестом против сохранения сословных привилегий. Во время службы в Твери рождается у писателя сатирический образ города Глупова. Тверские реалии и наблюдения нашли отражение в знаменитых «Сказках», например, поведение помещиков накануне крестьянской реформы изображено в «Диком помещике»; «Общество Доброхотной копейки», реально существовавшее в Твери с 1862 года, упоминается в сказке «Соседи». В 1976 году на Рыбацкой улице в доме, где жил писатель, по проекту Л.А. Карцелли, открыт Музей М.Е. Салтыкова-Щедрина, на Тверской площади ему воздвигнут памятник работы скульптора О.К.Комова, память о нём увековечена в названии одной из улиц в центре города.

 На Тверской земле великому писателю посвящаются научно-практические и читательские конференции, издаются научные сборники, звучат радиопередачи, публикуются статьи в местной печати.  

САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН НА ТВЕРСКОЙ ЗЕМЛЕ 

 Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин (1826-1889), писатель-сатирик, публицист, критик – наш земляк. Детство его прошло в богатой помещичьей усадьбе под Калязином. В традициях тогдашнего времени под руководством домашних учителей-иностранцев Миша Салтыков (настоящая фамилия будущего писателя) к 6 годам бойко говорил по-французски и по-немецки, а вскоре крепостной дядька и сельский священник научили его читать и писать по-русски. Учился 2 года (1836-1838) в Дворянском институте в Москве, а затем 6 лет в Царскосельском лицее. Среди сверстников выделялся живостью характера и сильной впечатлительностью. В 1848 году в журнале «Отечественные записки» опубликовал повесть «Запутанное дело», в которой правительство Николая Первого, подавлявшее в зародыше всякие вольнодумные искания в обществе и напуганное февральской революцией во Франции, разглядело стремление автора распространять революционные идеи, потрясшие Запад. Салтыков был сослан в Вятку и находился там почти 8 лет. После смерти Николая1 (1855 год) ему удалось вернуться в Петербург.          Вскоре, в обстановке общественного подъёма и всеобщего ожидания социальных перемен, начинает (под псевдонимом Н. Щедрин) печатать «Губернские очерки». Эта книга имела большой успех у читающей России, так как в ней автор выступил с резкой критикой крепостного права.

         Жизнь и творчество великого русского писателя-сатирика Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина неразрывно связаны с Тверским краем. В удивительно ёмкой автобиографии он писал: «Я родился 15 января 1826 года в Тверской губернии в Калязинском уезде, в селе Спас- Угол. После выхода из Лицея (1844 г) служил и писал, писал и служил вплоть до 1848 года, когда был сослан в Вятку за повесть «Запутанное дело». Прожил там почти 8 лет и служил, но не писал. В 1856 возобновил литературную деятельность «Губернскими очерками» и вплоть до 1868 писал и служил, служил и писал».

 60-е годы Х1Х века – годы службы Салтыкова в Твери - это период, когда в России назревала революционная ситуация, вынудившая императора Александра Второго пойти на отмену крепостного права, на «освобождение крестьян сверху».        19 февраля 1861 года Александр 11 подписал манифест об освобождении крестьян от крепостной зависимости, в результате которого более 20 миллионов русских крестьян были признаны свободными. Народ назвал императора Александра 11 «Освободителем», ныне ему в Москве, вблизи храма Христа Спасителя, воздвигнут памятник.

 Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин с июня 1860 года по февраль 1862 года занимал высокий пост вице-губернатора Тверской земли. Как представитель высшей губернской власти он активно содействовал проведению в жизнь крестьянской реформы 1861 года. Только огромным трудолюбием и исключительной работоспособностью можно объяснить тот факт, что, выполняя сложнейшую административную работу в Тверской губернии, он умудрялся в эти годы «служить и писать, писать и служить».

         Известно, что, будучи назначен на должность вице-губернатора, Михаил Евграфович прямо заявил: «Я не дам в обиду мужика», - и не давал. Защищая интересы крестьян, он открыто выступал против помещиков-крепостников, губернских и уездных чиновников, погрязших во взяточничестве и казнокрадстве, или, говоря его словами, – «пробавлявшихся безгрешными доходами за счёт казённого пирога». Сохранившиеся с тех времён архивные материалы наглядно свидетельствуют, что вице-губернатор Салтыков после проведения ревизий в Бежецке, Красном Холме, Весьегонске, Калязине, Корчеве и Кашине – возбудил против чиновников 22 уголовных дела за такие преступления, как произвол по отношению к крестьянам, взяточничество, кража казённых денег. Выступая в роли «народного заступника», Салтыков восстановил против себя местных дворян-крепостников и чиновников-казнокрадов, которые дали ему прозвище «вице- Робеспьер».

 Однако в Твери, конечно, было немало людей, которые сочувствовали и поддерживали Салтыкова в его служении Отечеству. В губернском городе писатель сблизился с группой либеральных дворян (А.М. Унковский, А.А.Головачёв), а также жившим в те годы в Твери декабристом М.И. Муравьёвым-Апостолом.      Известно, что на посту вице-губернатора Салтыков много внимания уделял вопросам культуры и просвещения на Тверской земле. Он стремился улучшить материальное положение учительства, заботился о создании публичной библиотеки в губернском городе. Михаил Евграфович был активным членом попечительского совета публичной библиотеки, разработал её устав, подарил много книг и опекал её вплоть до самой отставки в 1862 году.

 Салтыков-Щедрин прилагал много усилий к тому, чтобы ознакомить тверичан с лучшими литераторами тогдашней России. Перед отъездом из Твери он организовал в зале Дворянского собрания (ныне Дом офицеров на улице Советской) прощальный литературный вечер с участием драматурга А.Н.Островского, прозаика А.М. Жемчужникова и поэта А.Н. Плещеева.

 Годы службы в Твери сыграли важную роль в творчестве нашего знаменитого земляка. Тверские впечатления нашли отражение на страницах его многих, ставших классическими произведений. Это и «История одного города», и «Пошехонская старина», «Господа Голавлёвы», «Помпадуры и помпадурши».

 Консервативное тверское чиновничество люто ненавидело писателя-сатирика и продолжало мелко и подло мстить ему даже после отставки с поста вице-губернатора и отъезда в Петербург.

 В 1880 году в Тверском краеведческом музее установили бюст писателя, созданный на деньги почитателей литературного таланта Салтыкова –Щедрина. Однако вскоре директор музея А.К. Жизневский, узнав, что по распоряжению властей в Петербурге закрыт журнал «Отечественные записки» (Салтыков-Щедрин был редактором этого прогрессивного журнала), приказал убрать бюст писателя из зала на чердак.

 А несколько лет спустя учёная архивная комиссия, которую возглавлял всё тот же чиновник А.К.Жизневский, не утвердила краеведческий сборник «Жизнь замечательных уроженцев и деятелей Тверской губернии» только потому, что в нем предполагалось поместить статью о М.Е. Салтыкове-Щедрине.

 Хорошо известно, что время и история всё расставляет на свои места и воздаёт должное истинным сынам Отечества. Классик русской литературы Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин уже давно и навечно занесён в список замечательных людей России, прославивших своими деяниями Тверскую землю.

 «Я люблю Россию до боли сердечной и даже не могу помыслить себя где-либо, кроме России», - эти слова писателя-патриота читает каждый, кто переступает порог двухэтажного дома на Рыбацкой улице, где ныне открыт литературно-мемориальный музей М.Е. Салтыкова-Щедрина. А невдалеке от дома-музея можно пройти по улице, носящей его имя. О деятельности писателя в Твери напоминает мемориальная доска на здании областной библиотеки имени А.М. Горького.

В 1990 году в Твери было возобновлено издание газеты «Тверские ведомости», старейшей тверской газеты (основана в 1839 году), главным редактором которой в 1860 - 1862 гг. был Салтыков-Щедрин. И сегодня эта газета продолжает лучшие традиции русской журналистики, для жителей области она стала самым надёжным источником разнообразной и достоверной информации. Особо следует отметить высокую культуру языка публикуемых материалов. Девиз «Тверских ведомостей» - качественная газета для квалифицированного читателя.

 Если же вы дойдёте до Тверской площади, то увидите памятник Салтыкову-Щедрину работы известного скульптора Олега Константиновича Комова. Это один из немногих памятников автору «Истории одного города» в нашей стране. Это памятник «прокурору российской действительности». Бывший вице-губернатор Твери спокойно восседает в резном кресле, твёрдо опираясь на трость. Суровый облик сатирика напоминает нам о трудной судьбе тех, кто боролся и борется против произвола и насилия, выступает за права человека, верит в победу сил добра и справедливости.

М.Е. САЛТЫКОВ- ЩЕДРИН
СКАЗКИ

(в сокращении)

МЕДВЕДЬ НА ВОЕВОДСТВЕ

 Был Топтыгин 1-ый старый служака, умел берлоги строить и деревья с корнями выворачивать, следовательно, до некоторой степени инженерное искусство знал. Но самое драгоценное качество его заключалось в том, что он во что бы то ни стало на скрижали Истории попасть желал, и ради этого всему на свете предпочитал блеск кровопролитий. Так что об чём с ни заговорили: об торговли ли, о промышленности ли, об науках ли – он всё на одно поворачивал: «Кровопролитиев… кровопролитиев… вот чего нужно!»

 За это Лев произвёл его в майорский чин и, в виде временной меры, послал в дальний лес, вроде как воеводой, внутренних супостатов усмирять. Узнала лесная челядь, что майор к ним в лес едет, и задумалась. Такая в ту пору вольница между лесными мужиками, что всякий по-своему норовил. Звери – рыскали, птицы – летали, насекомые – ползали, а в ногу никто маршировать не хотел. Понимали мужики, что их за это не похвалят, но сами собой остепениться уже не могли, «Вот ужо приедет майор, - говорили они, - засыплет он нам – тогда мы и узнаем, как Кузькину тёщу зовут!»

 И точно: не успели мужики оглянуться, а Топтыгин уж тут как тут. Прибежал он на воеводство ранним утром, в самый Михайлов день, и сейчас же решил: «Быть назавтра кровопролитию». Что заставило его принять такое решение – неизвестно: ибо он, собственно говоря, не был зол, а так, скотина. И непременно бы он свой план выполнил, если бы лукавый его не попутал. Дело в том, что в ожидании кровопролития, задумал Топтыгин именины свои отпраздновать. Купил ведро водки и напился в одиночку пьян. А так как берлоги он для себя ещё не успел выстроить, то пришлось ему, пьяному, среди полянки спать лечь. Улёгся и захрапел, а под утро, как на грех, случилось мимо той полянки лететь Чижику. Особенный это был Чижик, умный: и ведерко таскать умел, и спеть, по нужде, за канарейку мог… Даже до Льва об его уме слух дошёл, и не раз он Ослу говаривал (Осёл в ту пору у него в советах за мудреца слыл): «Хоть бы одним ухом послушал, как Чижик у меня в когтях петь будет!»

 Но как ни умён был Чижик, а тут не догадался. Думал, что гнилой чурбан на поляне валяется, сел на медведя и запел. А у Топтыгина сон тонок. Чует он, что по туше у него кто-то прыгает и думает: «Беспременно это должен быть внутренний супостат!»

-                     Кто там бездельным обычаем по воеводской туше прыгает? – рявкнул он, наконец.

Улететь бы Чижику надо, а он и тут не догадался, сидит себе да дивится: чурбан заговорил! Ну, натурально, майор не стерпел: сгрёб грубияна в лапу, да, не рассмотревши с похмелья, взял и съел. Съесть-то съел, да съевши спохватился: «Что такое я съел? И какой же это супостат, от которого даже на зубах ничего не осталось?» Думал-думал, но ничего не выдумал. Съел – только и всего. И никаким родом этого глупого дела поправить нельзя.

– Зачем я его съел? – допрашивал сам себя Топтыгин, - меня Лев, посылаючи сюда, предупреждал: «Делай знатные дела, от бездельных же стерегись!» - я с первого же шага, чижей глотать вздумал! Ну, да ничего! Первый блин комом! Хорошо, что, по раннему времени, никто дурачества моего не видал.

 Увы! Не знал, видно, Топтыгин, что, в сфере административной деятельности, первая-то ошибка и есть самая фатальная. И точно, не успел он успокоиться на мысли, что никто его дурачества не видел, как слышит, что скворка ему с соседней берёзы кричит: «Дурак! Его прислали к одному знаменателю нас приводить, а он Чижика съел!» Взбеленился майор; полез за скворцом на берёзу, а скворец, не будь глуп, на другую перепорхнул. Медведь – на другую, а скворка – опять на первую. Лазил-лазил майор, мочи нет измучился. А, глядя на скворца, и ворона осмелилась: «Вот так скотина! Добрые люди от него кровопролитиев ждали, а он Чижика съел». Он – за вороной, ан из-за куста заинька выпрыгнул: «Бурбон стоеросовый! Чижика съел!». Комар из-за тридевять земель прилетел: «Risum teneatis, amici !» (Возможно ли не рассмеяться, друзья!). Чижика съел!»

 Лягушка в болоте квакнула: «Олух царя небесного! Чижика съел!»

Словом сказать, и смешно, и обидно. Тычется майор то в одну, то в другую сторону, хочет насмешников переловить, всё мимо. И что больше старается, то у него глупее выходит. Не прошло и часу, как в лесу уж все, от мала до велика, знали, что Топтыгин – майор Чижика съел. Весь лес вознегодовал. Не того от нового воеводы ждали. Думали, что он дебри и болота блеском кровопролитий воспрославит, а он на-тко что сделал!

 Сначала о поступке Топтыгина говорили с негодованием (за родную трущобу стыдно); потом стали дразниться; сначала дразнили окольные, потом начали вторить и дальние; сначала птицы, потом лягушки, комары, мухи. Всё болото, весь лес.

«Так вот оно, общественное-то мнение, что значит!- тужил Топтыгин, утирая лапой обшарпанное в кустах рыло, - а потом, пожалуй, на скрижали Истории попадёшь … с Чижиком!» История только отменнейшие кровопролития ценит, а о малых упоминает с оплеванием. Вот если б он для начала стадо коров перерезал, целую деревню воровством обездолил или избу у полесовщика (лесного сторожа) по бревну раскатал – ну тогда История… А теперь смотрите-ка! – съел Чижика и тем себя воспрославил… ах! Мальчишки на школьных скамьях будут знать! И дикий тунгуз, и сын степей калмык будут говорить: «Майора Топтыгина послали супостата покорить, а он, вместо того, Чижика съел!»

 Мечется Топтыгин, ночей не спит, докладов не принимает, всё об одном думает: «Ах, что-то Осёл об моей майорской проказе скажет!» И вдруг, словно сон в руку, предписание от Осла: «До сведения его высокостепенства господина Льва дошло, что вы внутренних врагов не усмирили, а Чижика съели – правда ли?» Пришлось сознаваться. Покаялся Топтыгин, написал рапорт и ждёт…

Частным образом Осёл дал виноватому знать (Медведь-то ему кадочку с мёдом в презент при рапорте отослал): «Непременно вам нужно особливое кровопролитие учинить, дабы гнусное оное впечатление истребить…»

-                     Коли за этим дело стало, так я ещё репутацию свою поправлю!- молвил Михайло Иваныч и сейчас же напал на стадо баранов и всех до единого перерезал. Потом бабу в малиннике поймал и лукошко с малиной отнял… Наконец забрался ночью в типографию, станки разбил, шрифт смешал и произведения ума человеческого в отхожую яму свалил. Сделавши всё это, сел сукин сын на корточки и ждёт поощрения.     Однако ожидания его не сбылись. Хотя Осёл подвиги Топтыгина в лучшем виде расписал, но Лев не только не наградил его, но собственнолапно на Ословом докладе сбоку нацарапал: «Не верю, штоп сей офицер храбр был; ибо это тот самый Таптыгин, который маво любимова Чижика сиел!» И приказал отчислить его по инфантерии. Так и остался Топтыгин 1-ый майором навек. А если б он прямо с типографий начал – быть бы ему теперь генералом.

Повесть о том, как один мужик

двух генералов прокормил

 Жили да были два генерала, и так как оба ни были легкомысленны, то в скором времени, по щучьему веленью, по моему хотению, очутились на необитаемом острове. Служили генералы всю жизнь в какой-то регистратуре; там родились, воспитались и состарились, следовательно, ничего не понимали.

 Упразднили регистратуру за ненадобностью и выпустили генералов на волю.

Оставшись за штатом, поселились они в Петербурге; имели каждый свою кухарку и получали пенсию.

 Только вдруг очутились на необитаемом острове, проснулись и видят: оба под одним одеялом лежат. Перед ними с одной стороны расстилалось море, с другой стороны лежал небольшой клочок земли, за которым стлалось всё то же безграничное море. Заплакали генералы в первый раз после того, как закрыли регистратуру.

– Вот что, ваше превосходительство, вы пойдёте направо, а я налево, - сказал генерал, который, кроме регистратуры, еще служил в школе военных кантонистов учителем каллиграфии.

Сказано - сделано. Пошёл один генерал направо и видит: растут всякие деревья, а на них всякие плоды. Да все так высоко висят, что надобно лезть. Попробовал лезть – только рубашку изодрал. Пришёл генерал к ручью, видит: рыба там так и кишит и кишит. «Этакой бы рыбки да на Подьяческую», - подумал генерал и даже в лице изменился от аппетита.

Зашёл в лес – а там рябчики свищут, тетерева токуют, зайцы бегают. – Господи! Еды-то! Еды-то! - сказал генерал, почувствовав, что его уже начинает тошнить.

 Пришлось возвращаться на условленное место с пустыми руками. Приходит, а другой генерал уже дожидается. И вдруг генерала, который был учителем каллиграфии, озарило вдохновение… Надо найти мужика. Он бы нам сейчас и булок бы подал, и рябчиков бы наловил, и рыбы!

 Долго бродили генералы по острову без всякого успеха… Под деревом брюхом кверху и подложив под голову кулак, спал громаднейший мужичина и самым нахальным образом уклонялся от работы. – «Спишь, лежебок! Небось и ухом не ведёшь, что тут два генерала вторые сутки с голоду умирают. Марш работать!» - накинулись на него генералы.

 Встал мужичина и зачал перед ними действовать. Полез сперва-наперво на дерево и нарвал генералам по десятку самых спелых яблоков, а себе взял одно, кислое. Потом из собственных волос сделал силок и поймал рябчика. Покопался в земле – и добыл оттуда картофелю. Наконец развёл огонь и напёк столько разной провизии, что генералам пришло даже на мысль: не дать ли тунеядцу частичку.

- Не позволите ли вы, господа генералы, отдохнуть? - спрашивал мужичина. – Отдохни, дружок, только свей прежде верёвочку, - отвечали генералы. К вечеру верёвка была готова. Этою верёвкою генералы привязали мужичину к дереву, чтоб не убёг, а сами легли спать. 

 

САЛТЫКОВ-ЩЕДРИН ОБ ЭЗОПОВСКОМ ЯЗЫКЕ 

 Я – русский литератор и потому имею две рабские привычки, во-первых, писать иносказательно и, во-вторых, трепетать. Привычке писать иносказательно я обязан дореформенному цензурному ведомству. Оно до того терзало русскую литературу, как будто поклялось стереть её с лица земли. Но литература упорствовала в желании жить и потому прибегала к обманным средствам. Она и сама преисполнилась рабьим духом и заразила тем же духом читателей. С одной стороны, появились аллегории, с другой - искусство понимать эти аллегории, искусство читать между строками. Создалась особенная, рабская манера писать, которая может быть названа езоповскою, - манера, обнаруживающая замечательную изворотливость в изобретении оговорок, недомолвок, иносказаний и прочих обманных средств. Аллегорический, рабский язык продолжает пользоваться правом гражданственности, хотя справедливость требует сказать, что современные молодые писатели стараются избегать его.

(Недоконченные беседы. Собрание сочинений. Т.15, с. 185.)

 

 Ежели в писаниях моих и обретается что-либо неясное, то это никак уж не мысль, а разве только манера. Но и на это могу сказать в своё оправдание следующее: моя манера писать есть манера рабья. Она состоит в том, что писатель, берясь за перо, не столько озабочен предметом предстоящей работы, сколько обдумыванием способов проведения его в среду читателей. Ещё древний Езоп занимался таким обдумыванием, а за ним и множество других шло по его следам. Эта манера изложения, конечно, не весьма казиста, но она составляет оригинальную черту значительной части русского искусства, и я лично тут ровно ни при чём. Иногда, впрочем, она небезвыгодна, потому что благодаря её обязательности писатель отыскивает такие пояснительные черты и краски, в которых при прямом изложении предмета не было бы надобности, но которые всё-таки не без пользы врезываются в память читателя. Повторяю: это манера, несомненно, рабья, но при соответственном положении общества вполне естественная, и изобрёл ее всё-таки не я.

(Наша общественная жизнь. Собрание сочинений. Т.6, с. 337)

 

 

ВИКТОРИНА ПО ТВОРЧЕСТВУ САЛТЫКОВА-ЩЕДРИНА

 

Откуда эти строки?

1.     И отец и мать у него были умные; помаленьку да полегоньку аридовы веки в реке прожили и ни в уху, ни к щуке в хайло не попали.

2.     Сразу после свадьбы побежал от молодой жены на съедение к волку.

3.     Действовал сначала «по возможности», потом по принципу «хоть что-нибудь», затем «применительно к подлости».

4.     Думал, что «булки в том виде родятся, как их утром к кофею подают».

5.     Жил дрожал и умирал дрожал.

6.     У птиц тоже, как и у людей, везде инстанции заведены; везде спросят: «Был ли у ястреба? Был ли у кречета? А ежели не был, так и бунтовщиком, того гляди, прослывёшь.

7.     Ты, щука, всех сильнее и ловче - ты и дело на себя посильнее возьмёшь; а мне, карасю, по моим скромным способностям, и дело скромное укажут.

8.     Жил во времена оны старый конь, и было у него два сына. Пустопляс был сын вежливый и чувствительный, а Коняга неотёсанный и бесчувственный. Долго терпел старик Конягину неотёсанность, но наконец рассердился и сказал: «Вот вам на веки вечные моя воля: Коняге – солома, а Пустоплясу - овёс».

9.     Дятел был скромный учёный и вёл строго уединённую жизнь. Целые дни сидел на сосновом суку и всё долбил. И надолбил он целую охапку исторических исследований: «Родословная лешего», «Была ли замужем Баба-Яга». Поэтому он надумал: Пойду к орлу в дворовые историографы! Авось он исследования мои отпечатает!»

1.     В селе про него говорили, что он умён, как поп Семён, и он вполне оправдывал эту репутацию. Никто лучше его не умел на бобах развести и чудеса в решете показать.

2.     Из Тулы пишут: вчерашнего числа, по случаю поимки в реке Упе осетра, был в здешнем клубе фестиваль. Виновника торжества внесли на громадном деревянном блюде, обложенного огурчиками и держащего в пасти кусок зелени. Доктор П. заботливо наблюдал, дабы все гости получили по куску.

3.     Снегирь был малый шустрый и с отроческих лет насвистанный. Воспитывался он первоначально в школе кантонистов, потом служил в полку писарем и, научившись ставить знаки препинания, начал издавать, без предварительной цензуры, газету «Вестник лесов».

4.     Посмотрит в окошко – ан там всё, как он задумал… Ломятся, по щучьему велению, под грузом плодов деревья грушевые, персиковые, абрикосовые, а он только знай фрукты машинами собирает да в рот кладёт.

5.      Все знали, что сам Осёл за него перед Львом предстательствует, а уж если Осёл кого ценит - стало быть он того стоит.

6.     Кто из градоначальников не оставил от города Глупова камень на камне и заставил строить новый город-казарму?

7.     Кто из градоначальников «въехал в Глупов на белом коне, сжёг гимназию и устранил науки»?

8.     17) Кто из градоначальников «взирая на солдат, евших затхлый хлеб, проливал обильные слёзы»?

 

Ответы:

1) Премудрый пескарь. 2) Самоотверженный заяц. 3) Либерал. 4)Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил. 5) Премудрый пескарь. 6) Ворон-челобитчик. 7) Карась-идеалист. 8) Коняга. 9) Орёл-меценат. 10) Соседи. 11) Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил. 12) Орёл-меценат. 13) Дикий помещик. 14) Медведь на воеводстве 15) Угрюм-Бурчеев. 16) Перехват-Залихватский. 17) Грустилов.

 

БИБЛИОГРАФИЯ

 

Сочинения М.Е.Салтыкова-Щедрина

1.       Собрание сочинений. Т.т. 1-20, М., «Худож. литература», 1965 – 1977.

2.       Сказки. Составитель М.С. Горячкина. М., «Детская литература», 1975.

3.       Сказки. С приложением учебного словаря-комментария. / Составитель и научный редактор В.Я. Кузнецов. Тверь, ТвГУ, 1996.

 

Литература о жизни и творчестве М.Е. Салтыкова-Щедрина

1.       На Верхней Волге. Памятные места Калининской области. Составитель Н. Мазурин, «Московский рабочий», 1967.

2.       Ефимов А.И. Стилистика художественной речи. М., МГУ, 1961.

3.       Журавлёв Н.В. М.Е. Салтыков-Щедрин в Твери. Калинин, 1961.

4.       Лебедев Н.М. Знаменитые россияне на Тверской земле. – Тверь: ТОИУУ, 1998.

5.       Литературный Петербург, Петроград. Автор-составитель Л.Д.Микитич. М., «Советская Россия», 1991.

6.       Павлов Н.П. Русские писатели в нашем крае. Калинин, 1956.

7.       Русские писатели. Биобиблиографический словарь. Под ред. П.А. Николаева, Т 2, М., «Просвещение», 1990.

8.       Русские писатели в Тверском крае (Из опыта работы заслуженного учителя РФ Лебедевой Н.Т.) Составитель Н.В. Беляева. Тверь, ТОИУУ, 1991.

9.       Русские писатели о языке. Хрестоматия. Под ред. А.М.Докусова, Л., «Просвещение», 1955.

10.  Русские писатели о языке. Хрестоматия. Под ред. Н.А. Николиной,        М., «Просвещение», 2004.

11.  М.Е. Салтыков-Щедрин в воспоминаниях современников. Тт. 1-2, М., «Худож. литература», 1975.

12.  М.Е. Салтыков-Щедрин в зеркале исследовательских пристрастий: Материалы научной конференции. Тверь, ТвГУ, 1996.

13.  М.Е. Салтыков-Щедрин и Тверь. Составитель А.Пьянов. «Московский рабочий», 1975.

14.  К.И. Соколова. М.Е. Салтыков-Щедрин. Биография писателя. М.,  «Просвещение», 1993

15.  Тверская область. Энциклопедический справочник. / Составитель М.А. Ильин, Тверь, 1994.

16.  Турков А. Салтыков-Щедрин. Серия ЖЗЛ., М., «Молодая гвардия», 1964.

17.  Тюнькин К. Салтыков-Щедрин Серия ЖЗЛ., М., «Молодая гвардия», 1989.

 

Русский язык  культура речи
 
Мысли о русском языке

 

Язык как средство общения

Человек всего более отличается от других животных словом или языком; следственно, наука о языке есть истинно человеческая и важнейшая.

Н.М. Карамзин

 

Человек чрез слово всемогущ:

 Язык всем знаниям и всей природе ключ

 Г.Р. Державин

 

Пред вами громада – русский язык!

Наслажденье глубокое зовёт вас, наслажденье погрузиться во всю неизмеримость его и изловить чудные законы его.

  Н.В. Гоголь

 

Сколько времени потребно на то, чтобы совершенно овладеть духом языка своего? Вольтер сказал справедливо, что в шесть лет можно выучиться всем главным языкам, но всю жизнь надобно учиться своему природному.

 Н.М. Карамзин

 

         Слово – дело великое. Великое потому, что словом можно соединить людей, словом можно и разъединить их. Словом служить любви, словом же можно служить вражде и ненависти, берегись от такого слова, которое разъединяет людей.

Л.Н. Толстой

 

Язык и письменность

 

Азбука – к мудрости ступенька.

Пословица

 

Слова улетают, а письмена остаются.

Гораций

 

Письменность придает прочность летучему слову.

Я.К. Грот

 

История ума представляет две главные эпохи: изобретение букв и типографии; все другие были их следствием. Чтение и письмо открывают человеку иной мир.

Н.М. Карамзин

 

Книги- корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие своей драгоценный груз от поколения к поколению.

Бэкон

 

Поколения народа проходят одно за другим, но результаты жизни каждого остаются в языке – в наследие потомкам.

Лучшее и даже единственно верное средство проникнуть в характер народа – усвоить язык.

 К.Д. Ушинский

 

Именно в языке полнейшим образом – и притом в осмыслении самого народа – отпечатлеваются все этапы истории этого народа от отдалённейших времён, все ступени, по которым направлялось движение его культуры.

  Академик С.П. Обнорский

 

 

                                          Язык есть исповедь народа,

                                          В нём слышится его природа,

                                          Его душа и быт родной.

  П.А. Вяземский

 

Произведения истинного поэта – бессмертно; доказательством тому служат творения Гомера, которые сохранились в течение слишком 2 500 лет; из них не утратилось ни одной буквы, ни одного слова, тогда как в течение того же времени разрушилось и было стерто с лица земли бесчисленное множество дворцов, храмов, замков и даже целых городов.

Бэкон

 

Молчат гробницы, мумии и кости, лишь слову жизнь дана: из древней тьмы на мировом погосте звучат лишь Письмена.

И.А. Бунин

 

Фонетика и графика

Язык наш есть ещё тайна. В нём все тоны и оттенки, все переходы звуков от самых твёрдых до самых нежных и мягких.

 Н.В. Гоголь

 

Дивишься драгоценности нашего языка: что ни звук, то и подарок; всё зернисто, крупно, как сам жемчуг, и, право, иное названье ещё драгоценней самой вещи.

 Н.В Гоголь

 

Русский народ создал русский язык, яркий, как радуга после весеннего ливня, меткий, как стрелы, певучий и богатый, задушевный, как песня над колыбелью… Что такое Родина? – это весь народ. Это культура, его язык.

А.Н. Толстой

 

Декларативные заявления учителя о том, что русский язык велик и могуч, даже подкрепленные высказываниями великих людей, не будут для учащихся убедительными и не помогут им понять, усвоить и полюбить русский язык, если в процессе ежедневных занятий по русскому языку и литературе мы не будем раскрывать выразительных средств нашего языка.

Профессор А.Ф. Ломизов

 

Весенняя гроза

Люблю грозу в начале мая,            Гремят раскаты молодые,

Когда весенний первый гром,        Вот дождик брызнул, пыль летит,

Как бы резвяся и играя,                 Повисли перлы дождевые,

Грохочет в небе голубом.               И солнце нити золотит.

 Ф.И. Тютчев

 

Камыш

Над глубью утренней реки                       Спросить бы мне тебя, камыш,

Лежат и дремлют поплавки.                     Зачем же ты зазря шумишь?

Над ними выгнулись, шурша,                    Зачем качаешь головой

Сухие листья камыша.                             Над сонной розовой водой?

 М.И. Суворов

 

Морфемика и словообразование

 

Границы между отдельными морфемами бывают и более ясны и более туманны. Некоторые морфемы так ясны, так выпуклы, так резко отделяются от других, что при их определении никто не ошибется. Зато при определении других морфем замечаются значительные индивидуальные различия.

 И.А Бодуэн де Куртенэ

 

Языковеды подсчитали, что в русском языке из каждых десяти слов девять являются производными. Следовательно, для того чтобы лучше понять и запомнить значение слов, безошибочно их написать, правильно употребить в речи, необходимо уметь заглянуть «внутрь» слова, выделить словообразовательные элементы, при помощи которых оно образовано.

 З.А. Потиха

 

Изменения словарного состава языка главным образом сводятся к трём процессам:

1)     к пополнению существующего словаря новыми словами и выражениями;

2)     выпадению из словарного состава, иначе отмиранию устаревшей формы слов;

3)     изменению значений у ряда слов и выражений.

  Академик В.В. Виноградов

 

Лексика, фразеология и лексикография

 

Русский язык неисчерпаемо богат и обогащается с быстротой поражающей.

М. Горький

 

Фразеологические обороты, русизмы, составляют народную физиономию языка, его оригинальные средства и самобытное, самородное богатство.

  В.Г. Белинский

 

Словарь – это Вселенная в алфавитном порядке… Все другие книги содержатся в нем: суть лишь в том, чтоб извлекать их из него.

 Ф. Вольтер

 

Словарь родного языка есть одна из самых необходимых настольных книг для всякого образованного человека…

  И.И. Срезневский

 

Словарь

Усердней с каждым днём гляжу в словарь.

В его столбцах мерцают искры чувства.

В подвалы слов не раз сойдёт искусство,

Держа в руке свой потайной фонарь.

 

На всех словах – события печать.

Они дались недаром человеку.

Читаю: Век. От века. Вековать.

Век доживать. Бог сыну не дал веку.

Век заедать, век заживать чужой…

 

В словах звучат укор, и гнев, и совесть.

Нет, не словарь лежит передо мной,

А древняя рассыпанная повесть.

  С. Я. Маршак

 

Грамматика и правописание

 

Тупа оратория, косноязычна поэзия, неосновательна философия, неприятна история, сомнительна юриспруденция без грамматики… Итак, в грамматике все науки нужду имеют.

 М.В.Ломоносов

 

Орфография – замечательное орудие общения миллионов.

Писать безграмотно – значит посягать на время людей, к которым мы адресуемся.

  Л.В. Щерба

 

Чем богаче язык выражениями и оборотами, тем лучше для искусного писателя.

  А.С. Пушкин

 

Слова говорят не только своим значением, но и всеми гласными и согласными и своей протяжённостью, и весом, и окраской, дающей нам ощущение эпохи, местности, быта.

  С.Я. Маршак

 

Знаки препинания – это как нотные знаки. Они твёрдо держат текст и не дают ему рассыпаться.

  К.Г. Паустовский

 

Никакое железо не может войти в человеческое сердце так леденяще, как точка, поставленная вовремя.

  И.Э. Бабель

 

Добрые люди и не подозревают, каких трудов и времени стоит научиться читать. Я сам на это употребил 80 лет и все не могу сказать, что вполне достиг цели.

Гёте

От умения читать во многом зависит и воспитание и умственное развитие. Непонимание прочитанного, в отсюда и нелюбовь к серьезному чтению порождают бездуховность, которая, как трясина, поглощает любые замыслы писателей, авторов учебников и учителей, делает все их усилия бесплодными.

Г. Граник

 

Люблю обычные слова, как неизведанные страны, они понятны лишь сперва, потом значенья их туманны. Их протирают, как стекло, и в это наше ремесло.

Д. Самойлов

 

Докапываться до смысла слов, докапываться до основ, докапываться до истины.

Л. Мартынов

 

Человек потерял запятую, стал бояться сложных предложений, искал фразы попроще. За несложными фразами пришли несложные мысли. Потом он потерял знак восклицательный и стал говорить тихо, с одной интонацией. Его уже ничто не радовало и не возмущало: он ко всему относился без эмоций. Затем он потерял знак вопросительный и перестал задавать вопросы. Никакие события не вызывали его любопытства, где бы они ни происходили: в космосе, на Земле или даже в его собственной квартире.

Через пару лет он потерял двоеточие и перестал объяснять людям свои поступки. К концу жизни у него остались только кавычки. Он не высказывал ни одной собственной идеи. Так, он совсем разучился мыслить и дошёл до точки. Берегите знаки препинания!

  А. Каневский

Программа комплексной работы с текстом

(примерные вопросы и задания) 

1.     Подготовьтесь к выразительному чтению текста (отрывка): опреде­лите, где нужны логические ударения, паузы – короткие и более продол­жительные; выберите нужный тон, темп чтения, принимая во внимание содержание текста, его языковые особенности.

2.     Определите тему, основную мысль текста. Выпишите ключевые слова (словосочетания), которые отражают тему текста.

3.     Озаглавьте текст. Объясните смысл названия: на что указывает заглавие – на тему или на основную мысль текста? (Предложите свои варианты названия, если анализируется текст, имеющий заголовок).

4.     Определите стиль текста. Докажите свое мнение.

5.     Докажите, что это текст. Какова роль первого (последнего) предло­жения?

6.     Каким типом речи (повествованием, описанием, рассуждением) является данный текст? Докажите.

7.     Какие средства связи между предложениями используются в тек­сте (одном абзаце)? Какой способ связи между предложениями в этом тексте (цепная, параллельная связь, их сочетание)?

8.     Объясните, пользуясь словарями, значение выделенных слов.

9.     Подберите к выделенным словам синонимы (антонимы). Чем от­личаются слова, входящие в ряд синонимов? Почему из ряда синони­мов в тексте используется данное слово?

10.  Найдите в тексте два-три многозначных слова. В каких значениях они употреблены? Докажите, что эти слова многозначные.

11.  Найдите в тексте (если есть) синонимы, антонимы, слова, упот­ребленные в переносном значении, слова, стилистически окрашенные (высок., книжн., разг., прост., офиц.). Какова их роль в тексте?

12.  Найдите в тексте заимствованные слова, диалектизмы, профес-сионализмы, архаизмы, фразеологизмы. Объясните их значение.

13.  Составьте план текста, подготовьтесь к его пересказу (устному или письменному; напишите изложение: подробное или сжато)

В помощь педагогу:

Образовательные стандарты

Конкурсы

Банк педагогического опыта

Новости Ассоциаций педагогов Тверской области

Антитеррористическая и антиэкстремистская деятельность

Безопасность дорожного движения

Фоторепортаж

Аттестация педагогических кадров

Методическое сопровождение образовательной деятельности

Методическое сопровождение проектов

Платные образовательные услуги

Дистанционное обучение


Copyright © 2006 ТОИУУ

Сделано в «ЛЕКО» ЛЕКО